?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
Японский бог
borisakunin

Японцы прежних времен очень любили воевать и погибать за Синто, Микадо и Ямато. Как говорил персонаж из моего романа «Алмазная колесница»: «Японцев хлебом не корми, только бы кто-нибудь красиво умер». Смерть на войне считалась у них самой красивой из всех. Павшие смертью храбрых удостаивались разных почетных наград, в том числе, с нашей точки зрения, странных – например, военных посмертно производили в следующий чин (то-то счастье). А наиглавнейшим героям присваивали звание 軍神 («гундзин»), что означает «бог войны».
    Про одного из таких богов я и хочу вам рассказать. Я этого конкретного японского бога давно люблю и хочу, чтобы вы тоже его полюбили.

    Сначала объясню, при каких обстоятельствах мы познакомились.
    В семидесятые годы, когда я был студентом-стажером в японском университете, телеканал NHK позвал нас сотоварищи на кинопробы. Для сериала про войну 1904-1905 годов нужны были русские морские офицеры. Сотоварищей взяли, меня забраковали. Помню, я ужасно обиделся, потому что был уверен в своей киногеничности. Утешил себя тем, что у меня просто слишком длинные волосы для морского офицера. И вообще японцы в европейской красоте ничего не смыслят.
    Но потом оказалось, что мне здорово повезло. Моих приятелей, попавших на съемки, в бессчетном количестве дублей молотил и кидал на пол японский персонаж - какой-то туземный герой и гений дзюдо.
    Так я впервые узнал о существовании капитана Такэо Хиросэ и заинтересовался им. Кто из вас читал упомянутый выше роман, думаю, опознает в биографии капитана некоторые черты моего (и отчасти купринского) Рыбникова.

1

Такэо Хиросэ (1868 – 1904)

Хиросэ был военным моряком, талантливым дзюдоистом и, как говорят японцы, истинно «искренним человеком», а по-нашему, человеком чести.
    Для нас он любопытен тем, что хорошо знал русский язык, перед войной славно пошпионил на русском Дальнем Востоке, а потом служил военно-морским агентом (по-современному атташе) в Петербурге, где обзавелся широкими светскими связями и оставил по себе самые добрые воспоминания. Кажется, он сильно полюбил Россию – как-то это в нем уживалось со шпионством и подготовкой к войне.

    Когда она грянула, капитан третьего ранга Хиросэ оказался под Порт-Артуром. Погиб на первом же этапе боевых действий. Ему было тридцать пять лет.
    Звание бога он заслужил вот чем.
    Вызвался командовать брандером (судном, начиненным взрывчаткой), который должен был устроить диверсию на порт-артурском рейде. Вылазка оказалась неудачной – русские артиллеристы были начеку. Команде, состоявшей из добровольцев, пришлось срочно ретироваться. Они уже почти вышли из-под обстрела, когда Хиросэ заметил, что одного из людей не хватает – тот остался на брошенном, потерявшем управление брандере.
    И капитан решил, что не уйдет, пока не выяснит, что с матросом.
    Можно было просто какое-то время подождать, не выберется ли отставший вплавь.
    Можно было послать на выручку кого-то из подчиненных.
    Но Хиросэ поступил иначе. Вернулся на обреченный брандер один и трижды облазил его сверху донизу в поисках пропавшего члена экипажа. Наверняка спустился бы в трюм и в четвертый раз, но здесь японскому сорви-голове (сорри за безвкусный каламбур) оторвало голову снарядом.
    Вот и вся история.
    Наши подобрали тело храброго японца и предали почетному погребению.

2

Мертвый Хиросэ на палубе русского корабля


    А соотечественники произвели его в капитаны второго ранга, дали вместо четвертого дана дзюдо аж шестой и провозгласили «гундзином». Больше ста лет с тех пор прошло – помнят. Недавно еще один сериал про него сняли.  

3

Отважный капитан в бронзе и на телеэкране



    Отлично понимаю японцев. Настоящий герой и бог войны – не тот, кто накрошил кучу врагов, а тот, кто положил душу за други своя. Поэтому лично я не променяю капитана Хиросэ и на тысячу камикадзэ. А из русских «богов войны» я с детства больше всего любил Александра Матросова. И еще Якова Кульнева, первого русского генерала, павшего в войне 1812 года (прикрывая отход армии, был смертельно ранен возле пушки, что генералу вроде бы как-то и не по чину).

    Еще немного про моего любимого японского бога.
     Он очень серьезно относился к морской службе. Считал, что настоящий морской офицер не имеет права жениться – то есть правильно трактовал вопрос о Большом и Малом мирах: не хотел предавать ни тот, ни другой.

    В Петербурге Хиросэ полюбил русскую барышню – некую Ариадну Ковалевскую. Она, кажется, тоже была к нему неравнодушна, но военный дипломат так с ней и не объяснился. Между прочим, правильно сделал. Не представляю, как столь цельный человек во время войны выкарабкивался бы из тяжкой моральной дилеммы. Наверное, сделал бы харакири. В общем, молодец, что не стал портить девушке жизнь.
    Вот письмо, в котором он рассказывает родственнице-японке об Ариадне-сан, и говорит, что красавица с картинки очень на нее похожа:

4    


На самом деле Ариадна Анатольевна выглядела несколько иначе:

5

  Интересно, как сложилась ее дальнейшая жизнь?

А это они оба в недавнем телесериале, причем Ковалевскую играет изменщица Марина Александрова, некогда дебютировавшая в экранизации моего «Азазеля»:

6

Странные сближенья: разбила сердце японофилу Фандорину, потом русофилу-самураю.  


     А у вас есть любимые военные герои?

    Расскажите, кто.


Очень интересно, спасибо.

Но у меня оффтоп. Слушаю Историю гос рос. Спрасибо огромное за книгу -
вспоминаю 1й курс, летописи, князей, старославянский, который я так не любила... Приятно ностальгирую.
НО!!! Очень-очень-очень мешает музыка на заднем фоне. Очень!
Она там совершенно не нужна. Текст-то серьезный, его надо внимательно слушать, концентрироваться. И музыка этому МЕШАЕТ. Просто раздражает.

Если можно еще вмешаться - попросите в последующем отказаться от этих ненужных шумов в записи второго тома.

Гэбешные путинские твари продолжают убийства бездомных животных
с целью моего устрашения. Трупы замученных кошек подбрасывают на маршрутах
моих пеших и спортивных прогулок.
Я писал об этом в посте http://sasha-volk-off.livejournal.com/327163.html
После этого еще два трупа были подкинуты, а во дворе пропали три
взрослых, очень умных кота, которых прикармливали жильцы.
Не зря вас, гэбешники, Булгаков "шариковыми" вывел в романе "Собачье
сердце". Шариковыми вы были, шариковыми и останетесь..


> я с детства больше всего любил Александра Матросова <

Матросова возвели в герои комиссары. Он не первый, кто закрыл грудью амбразуру. И сделал это по пьяни.

Спасибо, уже полюбил.
Напоминает Горацио Хорнблауэра.
А насчет того, что молодец в истории с русской барышней, не согласен: было бы в ее жизни сильное чувство и Приключение.

Александрову в "Азазеле" саму разорвало на мелкие куски, я помню. А Фандорин только импозантно поседел, сердце его осталось в порядке.

...А потом Александрова, как жидкий терминатор, опять собралась из кусочков воедино и взялась охмурять "штабс-капитана Рыбникова"! У-у, фам-фаталь какая!!

М.Д. Скобелев мне симпатичен.

Людей он не жалел, ну так не он один... А воевал достойно.
Мне из наших, советских, больше всего симпатичен Иван Ефимович Петров. Так и не сделал его Сталин маршалом, понимал, что он из другой породы.

Любимый герой - Йони Натаньягу. Командир операции по освобождению заложников в Этабе. Там он погиб.

О да, конечно! Это и очень романтическая история. Он командовал операцией и он же был единственным погибшим из числа спецназовцев. История напоминает о Хиросэ.

Edited at 2014-09-13 11:09 (UTC)

> военных посмертно производили в следующий чин

В израильской армии так всегда делают.

я тоже удивилась-что же тут странного?
разве не везде так?

Спасибо), интересно.
Насчет моих военных героев... я думаю, это все служащие в санитарных службах в годы ВОВ и других войн - медики, медсестры.

вы будете смеяться, но...Кутузов, его стариковская мудрость спасла тысячи жизней и под Москвой и на Смоленской дороге.
большинству куда больше нравится выпендрёж Наполеона, уложившего миллионы зато с какой помпой!:)

а про Японию - пока она жила синтоистско-буддийской культурой, всё было прекрасно, а когда тот самый дух самурайства возобладал - начались безобразия под управлением храбрых до умопомрачения сёгунов....
финал - Хиросима, а сейчас, слава те хосподи, опять самураи только на праздниках демонстрируют избыток мужественности :)

Edited at 2014-09-13 10:03 (UTC)


Токийская бомбардировка в марте была страшней по непосредственным потерям: около 100 тысяч человек.

Я не могу назвать кого-то одного. Я смотрю на наших израильских резервистов и понимаю, что любой из них - герой и бог войны. В жизни обычные мужики, мужья, отцы, работники, начальники, айтишники, да кто угодно, а надо - становятся солдатами и героями. Совершенно непафосно и даже буднично. Я ненавижу войну. Я хочу чтобы они жили только в мирной своей ипостаси.

адмирал Нахимов Павел Степанович

Мне он тоже нравится. Нешумный был человек.

Есть и у меня любимый персонаж. Вот он.



Это Станислав Евграфович Петров. Человек, предотвративший ядерную войну.

Вот тут про него написано:

http://ru.m.wikipedia.org/wiki/Петров,_Станислав_Евграфович

Производство павших герое в следующий чин - это кроме дани уважения собственно герою, еще и значительное материальное вспоможение его семье. Вдовы и дети получали бОльшую пенсию.
Мой "бог войны" - А.В. Колчак. Хоть громких побед и не одержал, зато в ЧСД недостатка не испытывал.

Как уже отметили, всем погибшим израильским солдатам и офицерам посмертно присваивается следующее звание. В этом, помимо символического смысла, есть и практический: семья получает пенсию в соответствии с более высоким званием.

Посмертное производство в следующий чин практиковалось и в русской армии, особенно во время 1МВ.

Мои любимые военные герои - двое одноруких евреев: Иосиф Трумпельдор и Зиновий Пешков. Второй, правда, с некоторым минусом за то, что добровольно крестился. А вот Трумпельдора уговаривал креститься сам Николай II, обещая блестящую военную карьеру. Но тот отеческой вере не изменил, хотя был совершенно не религиозен.

Ему еще приписывают знаменитые предсмертные слова: Хорошо погибнуть за Родину! Израильский вариант фразы: Велика Россия, а отступать некуда - позади Москва!. Вероятно и то, и другое придумано после.
А герой он, разумеется, был самый настоящий