?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
Другой Путь
borisakunin
    Так называется второй в моей жизни «серьезный» роман, который сегодня выходит в свет (ужасно люблю это старинное выражение).


   
    «Серьезными» я называю романы невежливые, то есть не старающиеся понравиться читателю. Часто говорят, что писатель кокетничает и врет, когда заявляет, будто написал книгу для самого себя. Книги-де всегда пишутся для того, чтобы их прочли другие люди.
    Не согласен. Не всегда. То есть, конечно, это прекрасно, если прочтут и оценят, но homo scribens - это такое существо, которое может разобраться в головоломной теме, только когда пропустит ее через письменный текст. В свое время я написал книгу «Писатель и самоубийство» именно для этого – чтобы разобраться в сложной проблеме. Но тогда я был намного моложе и немного глупее. Я не понимал, зачем в наши времена вообще писать серьезные романы. Потом понял: такая литература – единственный способ заглянуть в жизнь не своими глазами и даже отчасти прожить чужую жизнь. Никакой иной род искусства подобной возможности не дает.
    В серии «Семейный альбом», начатой три года назад романом «Аристономия», я сначала выстраиваю некую концепцию, а затем испытываю ее двойной проверкой. Во-первых, пропускаю ее через опыт, характер и внутренний мир другого человека, своего героя – я сам, может быть, подошел бы к теме иначе.   Во-вторых, я отдаю теорию на растерзание жизнью – это способен совершить только художественный текст. И пишу я его без поддавков, без заранее разработанного плана – в отличие от архитектурно расчетливой беллетристики. Я бросаю своих персонажей в воду и смотрю, как они будут барахтаться, выплывут или утонут, и если выплывут, то к какому берегу прибьются. Я никогда в начале не знаю, чем всё закончится. Мне интересно, а иногда страшно. Думаю, при прочтении это чувствуется.
    «Семейный альбом» - это рассказ о российском двадцатом веке, пропущенном через судьбу одной семьи. Даются фотографии из семейного альбома, с каждой связана какая-то история.
    Вот некоторые снимки из «Другого Пути»:


    Не знаю, дойду ли я до современности и вообще двинусь ли дальше, либо же второй книгой всё и закончится. Первая была про 1910-годы – революция, гражданская война. Вторая – про 1920-е. Подступаться к 1930-м что-то жутковато.

    Если в «Аристономии» мой герой сочиняет трактат о мире больших идей и высоких целей – о Большом Мире, то «Другой Путь» - это про Малый Мир, мир чувств, привязанностей, семьи, счастья.
    Мой герой, и я вместе с ним, пытаемся погнаться за двумя зайцами, не упустить ни Большого Мира, ни Малого. Я очень давно ломал себе голову над тем, возможно ли такое в принципе.
    А впрочем глупо писателю пускаться в объяснения, зачем он написал роман да какая идея проходит через него красной нитью. Кто станет читать и доберется до конца (а это будет нелегко) – узнает.

   
«Бумажная» книга с сегодняшнего дня продается в книжных магазинах.

Кто любит читать в электронном виде – вот ссылка на fb2. и вот ссылка на epub под ipad.

Кто предпочитает аудиовариант – он здесь . Читает мой любимый Александр Клюквин.

Прочтете – делитесь мыслями и впечатлениями. Буду на ус наматывать.

  • 1
Уфф, книга прочитана ! Ну хотя как прочитана...."трактат о любви" я не читал (ГШ ведь наверняка и не рассчитывал, что его мысли о любви будут многим интересны), только художественную часть. Какая же она коротенькая ! Намного короче Аристономии.
По стилю похож на какой-нибудь из длинных чеховских рассказов.

Я так понял, ГШ боится, что главные герои расстанутся и предадут друг друга из-за расхождениях во взглядах в период "Большого террора", поэтому боится браться за 30-е годы ? Действительно, нынешним хэппиэндом можно и ограничиться.


Из всех переубивают в 30е. Времени не будет предать друг друга :-)
Что неужели девушка рентгенолог не умерла? Я еще не дочитала книгу, но пока мне кажется что у нее лучевая болезнь.

Edited at 2015-09-12 20:44 (UTC)

Нет как же переубивают если Коблуков пишет филосовскую часть уже где то в 1950-60 годы

Знаете, то, что их поубивают в 30-е, тоже может быть темой для прекрасной книги. "Аристономия" - про то, каким нужно быть человеком, "Другой путь" - про то, как любить и как быть счастливым, а условная "Похвала Харону" - как нужно достойно умирать, если уж это неизбежно.
Очень хотел бы прочесть подобную книгу от ГШ, хотя, это был бы, естественно, страшный мрак. Возможно, и с главами, как вести себя во время пыток. Или, когда пытают кого-то близкого тебе.

А зря не прочитали :) в "трактате" есть ответы :)

Еще когда читал Аристономию, понял, что у Рогачова два варианта судьбы:
- в лучшем случае, он умрет до 37-го года, его именем назовут улицы, а его самого похоронят в стене;
- в худшем случае, его расстреляют в 37-м после долгих пыток. Причем допрашивать будет Филя Бляхин (уж этот-то не пропадет, и умрет году так в 70-м, на персональной пенсии, после долгих рассказов пионерам, как он с беляками воевал).

Коблуков же пишет философскую часть книги где то в 50-60 годы когда он уже пожилой, а Сталин умер о чем прямо там говорится

Все согласуется в моей фразе. Не согласуется что Каблуков не пережил репрессии как выше писали.

Где я это писал? Рогачова казнят.

  • 1