?

Log in

No account? Create an account
Previous Entry Поделиться Next Entry
Другой Путь
borisakunin
    Так называется второй в моей жизни «серьезный» роман, который сегодня выходит в свет (ужасно люблю это старинное выражение).


   
    «Серьезными» я называю романы невежливые, то есть не старающиеся понравиться читателю. Часто говорят, что писатель кокетничает и врет, когда заявляет, будто написал книгу для самого себя. Книги-де всегда пишутся для того, чтобы их прочли другие люди.
    Не согласен. Не всегда. То есть, конечно, это прекрасно, если прочтут и оценят, но homo scribens - это такое существо, которое может разобраться в головоломной теме, только когда пропустит ее через письменный текст. В свое время я написал книгу «Писатель и самоубийство» именно для этого – чтобы разобраться в сложной проблеме. Но тогда я был намного моложе и немного глупее. Я не понимал, зачем в наши времена вообще писать серьезные романы. Потом понял: такая литература – единственный способ заглянуть в жизнь не своими глазами и даже отчасти прожить чужую жизнь. Никакой иной род искусства подобной возможности не дает.
    В серии «Семейный альбом», начатой три года назад романом «Аристономия», я сначала выстраиваю некую концепцию, а затем испытываю ее двойной проверкой. Во-первых, пропускаю ее через опыт, характер и внутренний мир другого человека, своего героя – я сам, может быть, подошел бы к теме иначе.   Во-вторых, я отдаю теорию на растерзание жизнью – это способен совершить только художественный текст. И пишу я его без поддавков, без заранее разработанного плана – в отличие от архитектурно расчетливой беллетристики. Я бросаю своих персонажей в воду и смотрю, как они будут барахтаться, выплывут или утонут, и если выплывут, то к какому берегу прибьются. Я никогда в начале не знаю, чем всё закончится. Мне интересно, а иногда страшно. Думаю, при прочтении это чувствуется.
    «Семейный альбом» - это рассказ о российском двадцатом веке, пропущенном через судьбу одной семьи. Даются фотографии из семейного альбома, с каждой связана какая-то история.
    Вот некоторые снимки из «Другого Пути»:


    Не знаю, дойду ли я до современности и вообще двинусь ли дальше, либо же второй книгой всё и закончится. Первая была про 1910-годы – революция, гражданская война. Вторая – про 1920-е. Подступаться к 1930-м что-то жутковато.

    Если в «Аристономии» мой герой сочиняет трактат о мире больших идей и высоких целей – о Большом Мире, то «Другой Путь» - это про Малый Мир, мир чувств, привязанностей, семьи, счастья.
    Мой герой, и я вместе с ним, пытаемся погнаться за двумя зайцами, не упустить ни Большого Мира, ни Малого. Я очень давно ломал себе голову над тем, возможно ли такое в принципе.
    А впрочем глупо писателю пускаться в объяснения, зачем он написал роман да какая идея проходит через него красной нитью. Кто станет читать и доберется до конца (а это будет нелегко) – узнает.

   
«Бумажная» книга с сегодняшнего дня продается в книжных магазинах.

Кто любит читать в электронном виде – вот ссылка на fb2. и вот ссылка на epub под ipad.

Кто предпочитает аудиовариант – он здесь . Читает мой любимый Александр Клюквин.

Прочтете – делитесь мыслями и впечатлениями. Буду на ус наматывать.

  • 1
Не знаю, читает ли кто-то ещё эту тему, но ГШ просил писать мысли и отзывы, а у меня как раз возник вопрос.

Возможно, я как-то не внимательно читаю, но в начале книги автор жалуется, что у него нет доступа к трудам современных западных философов, позже пишет, что ему негде почитать про Бони и Клайда. Потом вспоминает, как после гражданской войны ездил в Швейцарию, а его отец был очевицем событий произошедших ещё до революции 1917.
Выходит, что автор клечатой тетради не Григорий Шалвович Чхартишвили, а герой его книги Клабуков?
И мысли изложенные, этой книге нельзя в полной мере считать авторской позицией...? Это мысли вымышленного персонажа?

Конечно, подразумевается, что автор клечатой тетради Клобуков. А насколько его мысли близки самому ГШ, вопрос открытый.

А в аристономии было та же?
На сколько я помню, там говорилось, что это первая, особенная, полностью серьезная, написанная для себя книга автора.
Выходит, что Клабуков - писатель, написавший множество романов...

- первая полностью серьезная...
Это не в Аристономии говорилось. Это ГШ про нее говорил. Но лично мне Аристономия и Другой путь не кажутся серьезнее других. У ГШ были и бОльшие творческие удачи: Турецкий гамбит, Статский советник, Коронация, Алмазная колесница, Пелагия и черный монах, Шпионский роман.

То что вы перечислили - это приключения, детектив, шпионская литература...
Мне больше нравятся вещи написанные под псевдонимом Брусникин и Борисова - они значительно серьезнее... Но всё это развлечения. Другой Путь и Аристономия отличаются рассуждениями об устройстве жизни.
Я был уверен, что Акунин пишет клетчатую тетрадь от первого лица и от своего имени. Ужас! Так ошибаться и понять это только к середине второй книги.
Тогда вообще не понимаю... Может быть ГШ просто не хватило смелости подписаться под этими рассуждениями самому, без привлечения персонажей из параллельной реальности..?

Думаю, дело в том, что автор хотел как-то связать клечатую тетрадь с остальной частью романа. Впрочем, мне клечатая тетрадь совсем не нравится. Я это уже обсуждал выше:
http://borisakunin.livejournal.com/148797.html?thread=71724605#t71724605

  • 1