Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Спеша делать добро

         

1


     В нашем воспаленном обществе периодически разгораются яростные споры по поводу того, как может и как не может вести себя человек, занимающийся Хорошим Делом. Допустимо ли ради Хорошего Дела кривить душой, врать, заискивать перед властью, ходить на совет нечестивых и так далее. То ругались из-за Чулпан Хаматовой, теперь вот из-за Елизаветы Глинки.
     Скажу сразу: у меня тут твердой позиции нет. С одной стороны, ну давайте упрекнем Шиндлера за то, что он был членом фашистской партии. С другой – может, совсем уж на уши вставать необязательно, если, конечно, речь идет не о газовых печах? Всё зависит от конкретной ситуации и чувства меры.
     И еще одно - уже не про Чулпан и не про доктора Лизу, а в развитие темы.
     На прекрасном благотворительном поле зарыта одна мина, на которой иногда подрываются люди, по праву заслужившие всеобщее уважение и даже славу. Некоторые из этих праведников начинают думать, что служение Хорошему Делу позволяет им не держаться общепринятых этических норм, ибо ведь не корысти ради - и вообще: кто вы все такие, чтобы меня осуждать, когда я сделал и делаю столько хорошего?
     Хочу рассказать вам про одну выдающуюся женщину, которая ради Хорошего Дела зашла слишком далеко. Она мне почти как мать. Ну, то есть Борису Акунину. Именно с этой дамы, собственно, когда-то и начался весь проект.

Collapse )



 
 

Интеллигенция и власть

     Хочу поговорить не о взаимоотношениях интеллигенции с властью предержащей, как вы наверняка подумали (тут-то всё давно жевано-пережевано), а о том, может ли сама интеллигенция держать власть.
     В прошлый раз я писал о печальном юбилее (120-летии воцарения Николая II), и вот неделю спустя подошла годовщина еще более кислая.  Не потому что 97 лет назад в Петрограде победила безжалостная и бесчеловечная сила (эка невидаль для нашей истории), а потому что в этот день рухнула и обанкротилась идея «интеллигентской» власти, каковой безусловно являлось Временное правительство. Я и сегодня воспринимаю то фиаско как личную потерю. Единственный раз в российской истории государством попробовало управлять идеологически и стилистически близкое мне сословие – и оказалось ни на что не способно.
     Оговорюсь во избежание лишних дискуссий, что гайдаровское правительство начала 1990-х годов, тоже интеллигентское, все-таки было несколько иным сюжетом: не про интеллигенцию на капитанском мостике, а про «еврея при губернаторе»; настоящей власти у тогдашних рыночников-реформаторов не было, и при первой же возможности их, как мавра, сделавшего свое дело, настоящая власть турнула безо всяких онёров.
     Иное дело – правительство России в феврале 1917 года. Давайте вспомним тех министров.
Collapse )

 

Кто виноват

     Сегодня печальный юбилей. Ровно 120 лет правителем России стал человек, который уронил страну в черную дыру.
     Вон он стоит слева в уголочке, незаметный такой – маленький офицерик, определивший судьбу наших прадедов, дедов, родителей, да, собственно, и нашу с вами.

1

   

     Формула этого противоречивого характера, в значительной степени решившая судьбу ХХ века – сочетание закомплексованности, слабохарактерности и упрямства. Для правителя это гремучая смесь.
     Взошел на престол – первым делом объявил, чтобы общество не тешилось «бессмысленными мечтаниями»: всё останется, как при незабвенном родителе.
     Но как при незабвенном родителе в новом столетии не получалось. Всё скрипело, шаталось и сыпалось. Это было страшно. Небескорыстные советники подкинули идею маленькой победоносной войны. Война оказалась немаленькой и непобедоносной, привела к революции. Правитель испугался – издал манифест со свободами. Свобод было мало, общество хотело больше и начало уже не просить, а требовать. Правитель испугался – разогнал парламент и ввел режим военно-полицейской диктатуры. Боялся войны с «кузеном Вилли» - и все-таки ввязался в нее. Не умел командовать, но объявил себя верховным главнокомандующим.
     Цена метаний все время возрастала.
     Пятьдесят тысяч убитых в войне с Японией.
     Полтора миллиона убитых в войне с Германией.
     В гражданской войне погибли от пяти до тринадцати миллионов – историки никак не сосчитают.
     Да и те миллионы, кто сгинул во время репрессий и войн второй четверти века, - тоже косвенные жертвы правителя, который сто двадцать лет назад взялся за гуж и оказался недюж.

Collapse )
 

Бегущая по волнам

     Скажу сразу: эта дама – не героиня моего романа. Хотя чуть было ею не стала. Я искал именно такой прототип для одного женского персонажа, и нашел его of all places  в Ирландии. Задуманный роман не состоялся, а типаж интересный. И весьма, весьма современный.
     Есть люди, чаще всего  женщины, которые так быстро реагируют на веяния времени, что со стороны кажется, будто это они своими действиями меняют время, а не наоборот. На самом деле они просто предчувствуют изменения и бегут по волнам – туда, куда через мгновение подует ветер.
     Именно такой, как мне кажется, была графиня Маркевич. Впрочем, как уже было сказано, это героиня не моего романа и, возможно, я к ней несправедлив.
     За пределами «Зеленого Острова» Констанс Маркевич малоизвестна, а среди читателей моего блога  ирландцев, я полагаю, немного, поэтому я просто коротко перескажу события этой  богатой событиями жизни. Посредством картинок - они нагляднее, чем текст, продемонстрируют эту поразительную способность к мимикрии.

     Вот Констанс в ранней молодости - такая викторианская незабудка:

1


     Всё как положено: дочь баронета, богатейшего землевладельца; верховая езда, охота; в восемнадцать лет традиционное турне по Европе; в девятнадцать – представление ее величеству; выезды в свет, и так далее.
     Однако девятнадцатый век подходил к концу, самые продвинутые барышни начинали мечтать не о балах и замужестве, а об искусстве. Импрессионисты ввели моду на богемную жизнь и парижские мансарды, и Констанс едет учиться живописи в Париж. Пишет какие-то пейзажи, ничего особенного. Зато, как положено современной девушке, заводит роман с красивым художником, а потом выходит за него замуж.
     Художник-то он был художник, но не голодранец какой-нибудь, а партия, вполне приемлемая для дочери баронета. Граф Казимир Дунин-Маркевич, при всей своей богемности, в официальных документах не забывает упомянуть свой статус:

2
Читаем справа: граф (российский дворянин)


     Во второй своей инкарнации Констанс выглядела вот так:

3
Красивая богемная жена красивого богемного мужа

     Но тут начался ХХ век, и чуткие к духу времени женщины утратили интерес к искусству. Их теперь занимают социальные проблемы и политика.
     Поселившись в Дублине, графиня Маркевич какое-то время по инерции еще водит хороводы с художниками, актерами и поэтами, но затем решительно меняет кожу. Отныне она – борец за права женщин, рабочего класса и, прежде всего, за ирландскую независимость. Участвует в демонстрациях, выступает на митингах, кормит бедняков картошкой, которую собственноручно чистят такие же светские дамы. Даже попадает в тюрьму (это тоже в тренде)  – кинула камнем в портрет его величества.

     Третья инкарнация – такая:

4
Но элегантность осталась

     Главное достижение суфражистской деятельности графини Маркевич – триумф над male chauvinist pig’ом Уинстоном Черчиллем, которого решительные леди прокатили на выборах в парламент.

     ХХ век входил в силу, щерил свои отросшие зубы. Время окрашивалось в цвет крови. Передовые женщины вроде графини Маркевич заговорили уже не об избирательных кампаниях, а о военных; не о демонстрациях, а о революциях.
     И снова наша бегущая по волнам оказалась впереди корабля. Констанс вступила в подпольную «Ирландскую армию» и начала закупать для радикалов оружие еще до того, как грянули первые выстрелы великой войны.
     Дороги супругов тут окончательно разошлись. Казимир уехал на русский фронт, сделался патриотом польской идеи (царь обещал  восстановить Польшу после победы над немцами); Констанс же стала противницей войны и врагом англичан, а стало быть в определенном смысле симпатизанткой кайзера.
     В 1916 году в Дублине произошло вооруженное восстание против британской короны. Графиня Маркевич надела военную форму и взяла в руки оружие.

     Четвертая инкарнация - амазонка:

5
Как известно, аристократ в революции обаятелен. Что уж говорить об аристократке.
А как изящно позирует в фотоателье!

     Но английская регулярная армия быстро справилась с инсургентами. Графиню Маркевич взяли в плен и отдали под суд. По суровым военным временам речь шла о смертной казни.
     На тюремном снимке видно немолодую, усталую и, кажется, сильно испуганную женщину. Ни позы, ни апломба. Единственный портрет, на котором просто человек, а не ролевая модель.

6
               

     Один из членов военного суда вспоминал, что графиня плакала и говорила: она всего лишь женщина, а женщин не казнят. Впрочем, это свидетельство врага и недоброжелателя. Может быть, оклеветал. Сохранились и другие отзывы, вполне героические.
     Ничего, в конечном итоге обошлось. Все-таки дама из хорошего общества – не вешать же ее, не расстреливать же, в самом деле. Для острастки приговорили к казни, но «с учетом пола» заменили на пожизненное, а в следующем году вообще отпустили, по амнистии.
     И вновь Констанс Маркевич оказалась на гребне волны, опять преобразилась. Больше никаких бомб и револьверов, только легальная политическая борьба – благо женщины в 1918 году наконец отвоевали себе некоторые права.
     Графиня Маркевич стала первой женщиной, избранной в британский парламент, а потом - первой женщиной-министром в правительстве свободной Ирландской республики.

     Пятая инкарнация: народная избранница

7
Слуга народа среди народа. Скромно одетая, простая, доступная.

     Оценки деятельности и личности этой безусловно выдающейся дамы у современников весьма различны. Мою принимать во внимание не нужно – я ведь искал прототип, который укладывался бы в заранее определенный образ женщины-хамелеона. Биографы же  графиней Маркевич в основном восхищаются, так что окончательная ее инкарнация, бронзовая,  безусловно заслужена.

8
Констанс Маркевич (1868 – 1927), героиня ирландского и женского движения

     Потому что мелочи со временем забылись или утратили значение, и осталось только главное, несомненное: борьба за свободу Ирландии, борьба за равноправие женщин, горение идеей, героизм. Всё это правда, всё было.
     Кому же ставить бронзовые памятники, если не такой женщине?




 

Последняя из могикан

     Точнее, из Митфордов. Тех самых сестер Митфорд, чьи имена мне постоянно попадались при сборе материала для «Шпионского романа», интрига которого построена вокруг перелета Гесса в Англию.
     Я думал, сестры Митфорд давно унесены ветром из этого мира  в историю. А оказывается, последняя из них, вдовствующая герцогиня Девонширская, умерла только что. На девяносто пятом году жизни.

1



     Давайте расскажу тем, кто не знает, что это были за сестры.
Collapse )

Сто дней

     Сначала буду стелить мягко. Подкрадусь на кошачьих лапах. Чтоб не спугнуть членов нашего Собрания.

1




    Collapse )



 

Во субботу, день ненастный. (Отвечаю на вопросы)

     Естественно, много вопросов о том, как я оцениваю последние события на юго-востоке Украины и о том, что, по моему мнению, будет со всеми нами дальше.
     Отвечу разом. И в комментах повторяться, а также углубляться в детали не буду.
  
     Я хожу сейчас по московским улицам, смотрю на людей, слышу обрывки разговоров (дача, первое сентября), и накатывает жуть. Не видят, не хотят знать, не задумываются.
     Люди не виноваты. У них своя жизнь, свои обычные заботы. Но слепота, безмыслие и равнодушие в такие моменты истории дорого обходятся.
     Мою страну ждут тяжелые испытания. Наверное, даже более тяжелые, чем те, через которые проходит сейчас Украина.
     Вот как я оцениваю последние и непоследние события. И вы не представляете, как мне хотелось бы ошибиться.

al_kesta
ГШ, почему вы не эмигрируете? Что вам здесь нравится, или важно для вас, или полезно - что держит? Что вызывает у вас потребность, пусть бы и номинально (или не номинально), оставаться частью того, что называется "Россия"? Как вы писали, раздумья по поводу уехать есть или были.

     Как говорится, в жизни имеет смысл отвечать только на трудные вопросы, остальные являются риторическими. Поэтому вытаскиваю сюда из «Почтового ящика» этот царапающий вопрос.
     Сегодня многие люди моего круга и образа мыслей думают и говорят об эмиграции. Они готовы бороться с правящим режимом за лучшую (в нашем представлении) жизнь, но не готовы бороться с восемьдесят-сколькими-там процентами соотечественников, которым этот режим, судя по всему, нравится. Общее настроение в моей среде такое: «Ну и сидите с вашим Путиным. Когда поумнеете – звоните». Кто-то готовится к эмиграции географической, кто-то – к экзистенциальной, тем более что советский опыт «кухонной микросреды для своих» еще не забылся.
     Теперь лично про себя.
     «Держит» меня в России многое. Многое важно, многое нравится. У каждого из нас ведь своя Россия, правда? Если вы читали мои книжки и видели мои рекомендационные списки для чтения, то вы мою Россию себе представляете.
     С путинской же Россией у меня нет точек соприкосновения, мне чуждо в ней всё. И находиться здесь в период всеобщего помутнения рассудка мне стало тяжело. Поэтому эмигрировать я, конечно, не намерен, но основную часть времени, пожалуй, начну проводить за пределами. Трезвому с пьяными в одном доме неуютно. Буду периодически навещать - смотреть, не заканчивается ли запой.
     А «частью того, что называется Россия» я останусь, в этом смысле экспатриация уж точно невозможна. И Россия, которая является частью меня, тоже никуда не денется.


А теперь – дискотека:


chereisky
Весь мир отмечает сейчас 100-летие начала 1-ой мировой войны. При написании романа-кино "Смерть на брудершафт" Вы основательно изучили историю этой войны и наверняка задумывались о том, чем могла бы она окончиться для России (а в общем-то и для всего остального мира), если б не большевистский переворот и не последующий Брестский мир: участие России в Версале в качестве державы-победительницы и т.д., и т.п. Не поделитесь ли с нами своими мыслями на эту тему?

     После ужасного немецкого наступления 1915 года, когда Россия лишилась почти всей регулярной армии, военная победа на Восточном фронте стала невозможна – это надо хорошо понимать. (Знаменитое Брусиловское наступление 1916 года, если посмотреть цифры, стоило нам не меньших потерь, чем австрийцам, и в стратегическом плане мало что дало).
     Монархия привела военную и экономическую систему страны к почти полному коллапсу. Однако Временное правительство вполне могло, не переходя в наступление (как сделал пиарщик Керенский летом семнадцатого), держать фронт и понемногу отступать. Ведь в это время в войну уже включилась Америка, войска и техника которой должны были прибыть на театр военных действий весной-летом 1918 года.
     Если бы не большевистский переворот, немцы, возможно, доползли бы и до Петрограда, но войну проиграли бы, причем на несколько месяцев раньше. Россия оказалась бы среди версальских победителей.
     Много трофеев она, впрочем, не получила бы, потому что добычу дербанят не по заслугам, а пропорционально мощи. Мощь же России была бы подорвана. Нам достались бы какие-нибудь крохи, как слабой Италии. Никаких проливов Россия, разумеется, не получила бы.
    Уцелела бы демократическая республика во главе с Учредительным собранием? Очень маловероятно.
     Думаю, все равно произошла бы ультралевая революция – или ультраправый военный переворот. ХХ век никто не отменил бы, а для ослабленных стран другой альтернативы у него, кажется, предусмотрено не было.  Что хуже, ультралевая диктатура или  ультраправая – вопрос спорный.
     В общем, по большому счету, ехали бы примерно по тем же ухабам.
     Все сие, разумеется, моя субъективная реконструкция. Многие не согласятся.


yozhyk
Григорий Шалвович, как Вы относитесь к современной западной демократической системе (в первую очередь, к выборности)? Вам не кажется, что такая система изжила себя, поскольку:
- любой человек, вне зависимости от интеллекта (Дж.Буш-мл., например), личных и моральных качеств, имея достаточный финансовый (а, значит, и организационный, и - мультимедийный) ресурс может одержать победу;
- большинство может быть неправо;
- нынешняя демократия - это "власть демократов". То есть даже в реально демократических странах (например, в Швеции - кстати, почему-то монархии в наше время - наиболее демократические!) в политику идут дети политиков (ага, через молодежные партийные организации), и многие из них даже не представляют себе, что такое реальная жизнь. /…/
Нужна ли какая-то другая система?
Какова может быть альтернатива существующей системе?


   Ну, давайте пофантазируем. Наверное, меритократия эффективнее демократии. В прекрасном будущем в высшие органы принятия решений будут попадать только люди, обладающие для этого оптимальными интеллектуальными и нравственными качествами. Рассчитывать эти качества будет какая-нибудь высокоточная компьютерная система на основании тысячи разных тестов.
   Впрочем, в грядущие времена, видимо, всякий род занятий будет подсказываться каждому человеку в соответствии с его потенциалом. Ты только родился, а тебя уже протестировали и выдают рекомендацию: деточка, быть тебе прозектором. Или, не знаю, космическим мусорщиком.  Или балериной.
   Впрочем тогда, наверное, и идеальные семейные пары тоже будут подбираться не по любви, а по соответствию. Решил человек жениться. Загружает свой комплект данных в базу, через минуту ему выскакивает: «Ваша половина живет в Зимбабве, адрес такой-то. При знакомстве дарить абрикосовую пастилу и синие розы».
   Пока же, увы, людям придется повиноваться  бесхитростному сердцу в вопросах любви и хитрым пиартехнологам в вопросах политики. 


    На остальные вопросы сейчас буду отвечать в комментах ( к предыдущему посту).

Российские травмы. Опрос-3

    Результаты предыдущего опроса впечатляют. Я и не думал, что такая высокая доля читателей (больше шестидесяти процентов) имеют родственников, пострадавших от сталинских репрессий.
    И все же самым тяжелым потрясением последнего столетия для России, видимо, была Отечественная война, точное количество жертв которой до сих пор не подсчитано, причем разница в оценках идет на миллионы.
Николай Никулин, автор солдатских воспоминаний, которые многие из вас называли, когда мы здесь обсуждали лучшие военные книги (сам я никулинские мемуары, безусловно честные, не люблю - очень уж они беспросветны), делает из своего фронтового опыта выводы, от которых мороз по коже. Никулин долго находился в одной из самых чудовищных мясорубок, под Погостьем, на Ленинградском фронте. Он  пишет, как месяц за месяцем происходил геноцид нации:  погибали лучшие, выживали худшие. «Если  у него [командира] болит душа и есть совесть,  - пишет мемуарист, - он сам участвует в бою и гибнет.  Происходит своеобразный естественный отбор.  Слабонервные и чувствительные не выживают. Остаются жестокие, сильные личности, способные воевать в сложившихся условиях. Им известен только один способ войны – давить массой тел. Кто-нибудь да убьет немца». «На войне особенно отчетливо проявилась подлость большевистского строя. Как в мирное время проводились аресты и казни самых работящих, честных, интеллигентных, активных и разумных людей, так и на фронте происходило то же самое, но в еще более открытой, омерзительной форме».
    Прогноз этого на всю жизнь травмированного войной человека страшен: «Надо думать, эта селекция русского народа – бомба замедленного действия:  она взорвется через несколько поколений, в XXI или XXII веке, когда отобранная и взлелеянная большевиками масса подонков породит новые поколения себе подобных».
    Соглашаться с этим мрачным пророчеством –  значит, записывать в «подонки» и самих себя.  Я к этому не готов. Вы, я надеюсь, тоже. Как мне кажется, жизнь устроена таким удивительным образом, что, когда рождаются новые поколения,  в них мистическим образом воспроизводится примерно одно и то же соотношение шкурников и альтруистов, трусов и храбрецов, мерзавцев и праведников. Или нет? Может быть, качество нации от тяжелых травм действительно ухудшается? Это опять тема для отдельного долгого разговора.
    Пока же давайте посмотрим, много ли  здесь тех, у кого война не отобрала никого из прямых (подчеркиваю) предков.  (Если считать двоюродных-троюродных, то, наверное, получится вся страна). У меня, например, из родственников погибли дядя (примерно в тех местах, где воевал Николай Никулин) и двоюродный дядя (под Сталинградом), так что я отмечусь во второй категории.

1
  

Poll #1975488 Вторая мировая война

Погиб ли (пропал без вести) на войне кто-то из ваших прямых предков: родители, (пра)дедушки или (пра)бабушки?

Да
1694(48.8%)
Нет
1659(47.8%)
Не знаю
116(3.3%)


Российские травмы. (Опрос 2)

     Следующей после гражданской войны тяжелой национальной травмой были сталинские репрессии. На междоусобной войне погибло четыре с половиной миллиона человек, шесть миллионов умерли от голода и эпидемий, не менее миллиона (в основном, представители образованного сословия, и так немногочисленного) покинули страну.
     Сталин и его команда казнили, уморили голодом, посадили, депортировали - по разным данным - от четырех до чуть ли не сорока миллионов человек, то есть от трех до тридцати процентов населения.
     Хочу проверить на аудитории нашего блога, какая из цифр ближе к реальности – первая или вторая?

1
Рисунок Е.Керсновской


Poll #1975080 Сталинский террор

Были ли в вашей семье репрессированные, депортированные, умершие от Голодомора?

Да
2296(61.0%)
Нет
1126(29.9%)
Не знаю
343(9.1%)



     И еще вот что в этой связи. Недавно у нас в России возникло движение под названием «Последний адрес». Оно действует по тому же принципу, что всеевропейская акция «Камни преткновения», в ходе которой уже установлено около 50 тысяч персональных памятных табличек с именами жертв Холокоста – там, где эти люди жили и откуда их отправили в концлагеря.
     Наш «Последний адрес» вывешивает такие таблички на домах, где перед арестом жили те, кого расстреляли в годы сталинских чисток, а потом реабилитировали.

2
  
       
     Это инициатива не государственная, а сугубо частная. Денег на нее местные бюджеты не выделяют. Официальным властям затея явно не нравится. Зачем ворошить старое? Зачем вспоминать тяжелое и стыдное, когда всё так бравурно и отлично? Давайте гордиться Сталинградом, Девятым мая и Гагариным. А тех, кого когда-то там кто-то расстрелял, все равно не вернешь. И георгиевскую ленточку к расстрельной табличке не прицепишь.
     Если кому-то из вас памятны «сталинские щепки», если вы не хотите их забывать, вот вам ссылка. Там всё подробно написано. Чем больше денег соберет «Последний адрес», тем лучше будет работать наша коллективная память.

 

Моя родословная

     Грузин из меня липовый. Всю жизнь я прожил в Москве, по-грузински знаю только одно слово – «сацхали», да и то запомнилось из романа «Путешествие дилетантов».
     Решил я тут провести инвентаризацию своих связей с Грузией. Получилось негусто.

    Collapse )