Category: армия

Белая Мышь

     А теперь, после Белого Кролика, –  про Белую Мышь. Вот она:

 
     Это Нэнси Уэйк, самая знаменитая агент-женщина того же самого британского УСО (Управления специальных операций) – пожалуй, даже более знаменитая, чем Форрест Йео-Томас. Мышь поймать труднее, чем кролика, потому что она юркая, шмыгнет в щель – и пропала. А вреда от мыши гораздо больше.
     Нэнси Уэйк, в самом деле, нанесла фашистам вреда еще больше, чем героический Йео-Томас, да и поймать они ее не поймали. То есть поймали, но…  Нет, не буду забегать вперед.
     Вообще-то Нэнси была не британкой, а австралийкой. Природная непоседливость и адреналиновый голод с юных лет не давали ей сидеть на месте. Она перебралась из скучной Австралии в интересную Америку, а оттуда в еще более интересную Европу, перепробовала несколько профессий и остановилась на журналистике. В 30-е годы это было рискованное ремесло.
     Нэнси была европейским корреспондентом пресс-империи Херста, писала репортажи о набирающем силу нацизме. Удачно вышла замуж – по любви, за богатого, довольно молодого и притом очень славного человека (бывают же на свете завидные женихи).
     Когда Францию оккупировали немцы, Нэнси стала активной участницей Сопротивления. Гестапо много месяцев не могло выйти на ее след. За голову неуловимой подпольщицы была объявлена награда в пять миллионов франков. Однажды в Тулузе мышка все-таки угодила в мышеловку, но находчивость и присутствие духа помогли ей выскользнуть. Ее мужу повезло меньше. Его схватили, пытали, но он не выдал жену, и немцы  его убили – я же говорю, это был очень хороший человек. Нэнси ушла через Пиренеи в Испанию и узнала о смерти своего Эдмона только после войны.
     Из Франции эта бесстрашная женщина бежала не для того, чтобы отсиживаться в нейтральной стране. Она добралась до Англии, поступила на службу в УСО, прошла курс спецподготовки, проявив большие способности к стрельбе и рукопашному бою.
      Весной 1944 года Уэйк была заброшена на парашюте в овернские леса, чтобы установить связь с партизанской бригадой. Командир маки обнаружил Нэнси свисающей с дерева (зацепились парашютные стропы) и галантно сказал: «Ах, если бы все деревья приносили столь великолепные плоды!». Нэнси не любила, когда мужчины с ней разговаривали в подобном тоне, и ответила грубо: «Только давайте без вашей французской хрени!».


Капитан Н. Уэйк

     Очень скоро партизаны узнали, что мадам Белая Мышь даст сто очков вперед любому мужику. Один из ее боевых соратников рассказывал: «Нэнси – самая женственная из женщин, пока не началась драка. Тогда она стоит пятерых мужчин».
     Уэйк стала одним из командиров целой партизанской армии в семь с половиной тысяч бойцов. Перед высадкой в Нормандии эта группировка оттянула на себя немецкие войска втрое большей численности. Нэнси участвовала в диверсиях, боевых действиях, опасных операциях. В ней не было совсем ничего дамского. Однажды она убила ударом по горлу немецкого часового. В другой раз, когда поймали вражескую шпионку, молоденькую девицу, и никто из мужчин не решался ее застрелить, шпионку прикончила Нэнси,  хладнокровно. Она не была белокрылым ангелом, о нет. Она была Белой Мышью.
     Когда война закончилась, железной леди было 33 года. Высшие награды Великобритании, Франции, Соединенных Штатов не помещались у нее на груди. Ни в одной союзной армии не было военнослужащих-женщин с таким количеством регалий. «Военного креста» - почетнейшего из французских боевых орденов – Нэнси была удостоена аж трижды (кажется, единственная в истории).



     После войны Нэнси прожила еще два раза по 33 года и умерла совсем недавно, в 2011 году. Ничего интересного на протяжении последних двух третей жизни с ней не произошло. Послужила в разведке, но в мирное время карьера не задалась – видимо, оказалось маловато адреналина. Попыталась стать депутатом – не выбрали.  Снова вышла замуж. Мужа пережила, детей не имела. Успела посмотреть целых два телесериала, снятых про ее приключения.


Кадры из фильмов про Белую Мышь

     Доживала свой долгий век в лондонском доме ветеранов. Любила джин с тоником. Тихо угасла.
     В одном из интервью, уже через много лет после войны, призналась, что совершенно не жалеет о застреленной когда-то девушке. Про убитого ребром ладони часового рассказывала: «Хрясь! – и он труп. Я прямо удивилась!».
     Гвозди бы делать из этих мышей.


 

Кролик. Белый кролик

     Некоторое время назад, выйдя из библиотеки Британского музея и еще не вполне выкарабкавшись из параллельной реальности, я вдруг увидел на одной из соседних улиц интригующую мемориальную доску.
  

«Подполковник авиации Ф.Ф.Э.ЙЕО-ТОМАС, кавалер Георгиевского Креста (1902 – 1964),
секретный агент по кличке «БЕЛЫЙ КРОЛИК», жил здесь».

     Разумеется, я немедленно полез в карман за волшебной палочкой-выручалочкой, погуглил и вычитал, что Форрест Йео-Томас был прототипом Джеймса Бонда. Ян Флеминг придумал своего агента 007, следя за приключениями «Белого Кролика».

Bond. James Bond                                             и                                  Rabbit. White Rabbit

     Ныне, прочитав две биографии Йео-Томаса, я знаю о нем гораздо больше, чем в свое время знал Флеминг.
     Вот вам не сказка про белого бычка, а быль про Белого Кролика.
Collapse )
 

Семейный сбор

     Давайте мы с вами сегодня без салютов, без бронетехники, без километров георгиевских ленточек вспомним своих, кто погиб.
     Пожалуйста, поройтесь в семейных альбомах и покажите фотографии ваших родственников, кто не вернулся. Не осталось снимков - назовите имена, годы жизни. Что помните.
     Давайте устроим свой парад – не бравурный, а такой, каким он должен быть в этот день.

     Начну с моих.
     Про отца Шалву Чхартишвили писать не буду. Он провоевал с 22 июня до 8 мая и все время был на фронте, но ему невероятно повезло – он чудом остался жив. Однако чудес, как известно, на всех не хватает. Расскажу про других родственников - не везучих, а обыкновенных.

     Брат матери, а мой, стало быть, дядя Яков Файнгольд (1915 – 1942).
     В мирное время в армии не служил, потому что был очень близорук, но когда началась война, ушел на фронт. Дома остались жена и двое маленьких детей.
     Был радистом, последнее звание – сержант. Угодил со своей 155 стрелковой дивизией в Ржевскую мясорубку – самое страшное место на самой страшной из войн. Пропал без вести. Только через много лет стало известно, что убит 28  мая 1942 года у деревни со скверным названием Сукино. Там, в Оленинском районе, только по официальным данным погибли 228 тысяч человек, и лишь пятая часть были опознаны и похоронены. Остальные так и остались лежать по лесам и болотам. Моя дядя тоже.
     Фотографии дяди Яши нет. Его вдова через годы после войны сожгла все снимки и фронтовые письма. Почему – не знаю. У горя своя логика.


     А это двоюродный брат матери Наум Файнгольд (1923 – 1943)


     Хоть он и двоюродный, с ним она была ближе и дружнее, чем с Яковом, потому что почти ровесники. Рассказывала, что он был спортивный, веселый и нахальный.
     Командир батареи, гвардии лейтенант. Пропал без вести в феврале 1943 года, когда немцы пытались на Северском Донце взять реванш за Сталинград. В официальном письме, полученном его матерью, сказано: «На территории района погибло более 20 тысяч солдат и офицеров, при захоронении которых личности большинства не были установлены. И в настоящее время установить судьбу отдельных воинов невозможно».  
   Наум не дожил до двадцати. Таких, совсем юных, почти не поживших, потом помнили только родители. А когда они тоже умерли, вообще никто.
   Так что открывайте семейные архивы. Давайте вспоминать.



.

Японский бог

Японцы прежних времен очень любили воевать и погибать за Синто, Микадо и Ямато. Как говорил персонаж из моего романа «Алмазная колесница»: «Японцев хлебом не корми, только бы кто-нибудь красиво умер». Смерть на войне считалась у них самой красивой из всех. Павшие смертью храбрых удостаивались разных почетных наград, в том числе, с нашей точки зрения, странных – например, военных посмертно производили в следующий чин (то-то счастье). А наиглавнейшим героям присваивали звание 軍神 («гундзин»), что означает «бог войны».
    Про одного из таких богов я и хочу вам рассказать. Я этого конкретного японского бога давно люблю и хочу, чтобы вы тоже его полюбили.

    Сначала объясню, при каких обстоятельствах мы познакомились.
    В семидесятые годы, когда я был студентом-стажером в японском университете, телеканал NHK позвал нас сотоварищи на кинопробы. Для сериала про войну 1904-1905 годов нужны были русские морские офицеры. Сотоварищей взяли, меня забраковали. Помню, я ужасно обиделся, потому что был уверен в своей киногеничности. Утешил себя тем, что у меня просто слишком длинные волосы для морского офицера. И вообще японцы в европейской красоте ничего не смыслят.
    Но потом оказалось, что мне здорово повезло. Моих приятелей, попавших на съемки, в бессчетном количестве дублей молотил и кидал на пол японский персонаж - какой-то туземный герой и гений дзюдо.
    Так я впервые узнал о существовании капитана Такэо Хиросэ и заинтересовался им. Кто из вас читал упомянутый выше роман, думаю, опознает в биографии капитана некоторые черты моего (и отчасти купринского) Рыбникова.

1

Такэо Хиросэ (1868 – 1904)

Collapse )

Во субботу, день ненастный. (Отвечаю на вопросы)

     Естественно, много вопросов о том, как я оцениваю последние события на юго-востоке Украины и о том, что, по моему мнению, будет со всеми нами дальше.
     Отвечу разом. И в комментах повторяться, а также углубляться в детали не буду.
  
     Я хожу сейчас по московским улицам, смотрю на людей, слышу обрывки разговоров (дача, первое сентября), и накатывает жуть. Не видят, не хотят знать, не задумываются.
     Люди не виноваты. У них своя жизнь, свои обычные заботы. Но слепота, безмыслие и равнодушие в такие моменты истории дорого обходятся.
     Мою страну ждут тяжелые испытания. Наверное, даже более тяжелые, чем те, через которые проходит сейчас Украина.
     Вот как я оцениваю последние и непоследние события. И вы не представляете, как мне хотелось бы ошибиться.

al_kesta
ГШ, почему вы не эмигрируете? Что вам здесь нравится, или важно для вас, или полезно - что держит? Что вызывает у вас потребность, пусть бы и номинально (или не номинально), оставаться частью того, что называется "Россия"? Как вы писали, раздумья по поводу уехать есть или были.

     Как говорится, в жизни имеет смысл отвечать только на трудные вопросы, остальные являются риторическими. Поэтому вытаскиваю сюда из «Почтового ящика» этот царапающий вопрос.
     Сегодня многие люди моего круга и образа мыслей думают и говорят об эмиграции. Они готовы бороться с правящим режимом за лучшую (в нашем представлении) жизнь, но не готовы бороться с восемьдесят-сколькими-там процентами соотечественников, которым этот режим, судя по всему, нравится. Общее настроение в моей среде такое: «Ну и сидите с вашим Путиным. Когда поумнеете – звоните». Кто-то готовится к эмиграции географической, кто-то – к экзистенциальной, тем более что советский опыт «кухонной микросреды для своих» еще не забылся.
     Теперь лично про себя.
     «Держит» меня в России многое. Многое важно, многое нравится. У каждого из нас ведь своя Россия, правда? Если вы читали мои книжки и видели мои рекомендационные списки для чтения, то вы мою Россию себе представляете.
     С путинской же Россией у меня нет точек соприкосновения, мне чуждо в ней всё. И находиться здесь в период всеобщего помутнения рассудка мне стало тяжело. Поэтому эмигрировать я, конечно, не намерен, но основную часть времени, пожалуй, начну проводить за пределами. Трезвому с пьяными в одном доме неуютно. Буду периодически навещать - смотреть, не заканчивается ли запой.
     А «частью того, что называется Россия» я останусь, в этом смысле экспатриация уж точно невозможна. И Россия, которая является частью меня, тоже никуда не денется.


А теперь – дискотека:


chereisky
Весь мир отмечает сейчас 100-летие начала 1-ой мировой войны. При написании романа-кино "Смерть на брудершафт" Вы основательно изучили историю этой войны и наверняка задумывались о том, чем могла бы она окончиться для России (а в общем-то и для всего остального мира), если б не большевистский переворот и не последующий Брестский мир: участие России в Версале в качестве державы-победительницы и т.д., и т.п. Не поделитесь ли с нами своими мыслями на эту тему?

     После ужасного немецкого наступления 1915 года, когда Россия лишилась почти всей регулярной армии, военная победа на Восточном фронте стала невозможна – это надо хорошо понимать. (Знаменитое Брусиловское наступление 1916 года, если посмотреть цифры, стоило нам не меньших потерь, чем австрийцам, и в стратегическом плане мало что дало).
     Монархия привела военную и экономическую систему страны к почти полному коллапсу. Однако Временное правительство вполне могло, не переходя в наступление (как сделал пиарщик Керенский летом семнадцатого), держать фронт и понемногу отступать. Ведь в это время в войну уже включилась Америка, войска и техника которой должны были прибыть на театр военных действий весной-летом 1918 года.
     Если бы не большевистский переворот, немцы, возможно, доползли бы и до Петрограда, но войну проиграли бы, причем на несколько месяцев раньше. Россия оказалась бы среди версальских победителей.
     Много трофеев она, впрочем, не получила бы, потому что добычу дербанят не по заслугам, а пропорционально мощи. Мощь же России была бы подорвана. Нам достались бы какие-нибудь крохи, как слабой Италии. Никаких проливов Россия, разумеется, не получила бы.
    Уцелела бы демократическая республика во главе с Учредительным собранием? Очень маловероятно.
     Думаю, все равно произошла бы ультралевая революция – или ультраправый военный переворот. ХХ век никто не отменил бы, а для ослабленных стран другой альтернативы у него, кажется, предусмотрено не было.  Что хуже, ультралевая диктатура или  ультраправая – вопрос спорный.
     В общем, по большому счету, ехали бы примерно по тем же ухабам.
     Все сие, разумеется, моя субъективная реконструкция. Многие не согласятся.


yozhyk
Григорий Шалвович, как Вы относитесь к современной западной демократической системе (в первую очередь, к выборности)? Вам не кажется, что такая система изжила себя, поскольку:
- любой человек, вне зависимости от интеллекта (Дж.Буш-мл., например), личных и моральных качеств, имея достаточный финансовый (а, значит, и организационный, и - мультимедийный) ресурс может одержать победу;
- большинство может быть неправо;
- нынешняя демократия - это "власть демократов". То есть даже в реально демократических странах (например, в Швеции - кстати, почему-то монархии в наше время - наиболее демократические!) в политику идут дети политиков (ага, через молодежные партийные организации), и многие из них даже не представляют себе, что такое реальная жизнь. /…/
Нужна ли какая-то другая система?
Какова может быть альтернатива существующей системе?


   Ну, давайте пофантазируем. Наверное, меритократия эффективнее демократии. В прекрасном будущем в высшие органы принятия решений будут попадать только люди, обладающие для этого оптимальными интеллектуальными и нравственными качествами. Рассчитывать эти качества будет какая-нибудь высокоточная компьютерная система на основании тысячи разных тестов.
   Впрочем, в грядущие времена, видимо, всякий род занятий будет подсказываться каждому человеку в соответствии с его потенциалом. Ты только родился, а тебя уже протестировали и выдают рекомендацию: деточка, быть тебе прозектором. Или, не знаю, космическим мусорщиком.  Или балериной.
   Впрочем тогда, наверное, и идеальные семейные пары тоже будут подбираться не по любви, а по соответствию. Решил человек жениться. Загружает свой комплект данных в базу, через минуту ему выскакивает: «Ваша половина живет в Зимбабве, адрес такой-то. При знакомстве дарить абрикосовую пастилу и синие розы».
   Пока же, увы, людям придется повиноваться  бесхитростному сердцу в вопросах любви и хитрым пиартехнологам в вопросах политики. 


    На остальные вопросы сейчас буду отвечать в комментах ( к предыдущему посту).

Истребление мужчин

     Войны делятся на две категории. Первая – войны зверские, преступные. Там убивают мирное население, не щадят женщин, стариков и детей. Вторая категория – так называемые цивилизованные войны, которые ведутся «по правилам». Это означает, что убивают только военных, а если под пулю или бомбу попадают штатские или женщины с детьми, то это ненарочно.
     Я сейчас, в связи с изучением походов Чингисхана, углубился в жуткую, но захватывающую материю - сравнительную статистику потерь в ходе самых кровопролитных войн человеческой истории…
     (Не могу удержаться, сделаю маленькое отступление. А вы знаете, что Руси во время монгольского нашествия, можно сказать, страшно повезло? Как раз накануне Великого Западного похода Бату-хана монголы сильно поумнели. Раньше на чужих землях они резали всех подряд,  кто поценнее – угоняли в рабство. А тут мудрые китайские советники подсказали, что покоренные народы выгодней не уничтожать поголовно, а облагать данью и поборами. Зачем резать курицу, несущую яйца? Мысль показалась монголам необычной, но интересной. Поэтому Русь во время страшных событий 1237-1240 годов потеряла – по разным оценкам – «всего» от 5 до 8 процентов населения. Могла же вообще превратиться в пустыню,  как, например, цветущее Хорезмское царство двадцатью годами ранее. И не было бы сегодня никакой России).
    Но возвращаюсь к предмету. Как со мной часто бывает, начав читать книжки по нужной теме, я от нее довольно далеко укатился. От истории геноцидов (уничтожение целого народа) перешел к истории андроцидов (уничтожение только мужчин).  Меня заинтересовал вопрос:  на какой из войн погибло больше всего мужчин, причем мужчин вооруженных, то есть не жертв, а активных участников побоища? Есть теория, согласно которой войны - нечто вроде эпидемий, время от времени поражающих  психику "сильной" половины человечества и побуждающих ее к самоистреблению. Так вот: какой из этих патологических всплесков был самым радикальным?
     Вы, наверное, предположите, что наибольший процент мужчин потеряли СССР или Германия во время Второй мировой войны.
     И ошибетесь.
     Наихудший, ни с чем не сравнимый андроцид произошел в ходе одной локальной, никому у нас не интересной войны девятнадцатого века  - между Парагваем и коалицией Бразилии, Аргентины, Уругвая.
     Не буду утомлять вас изложением причины и подробностей этого странного конфликта. Странного – потому что маленький Парагвай (чуть больше полумиллиона человек) сам бросил вызов трем странам, суммарное население которых было по крайней мере в двадцать раз больше.
     Виновником кровопролития был парагвайский наследственный президент Франсиско Солано Лопес (1827 – 1870).

1


     Этот толстячок в 18 лет был генералом, в 28 лет вице-президентом, а после папиной смерти стал полновластным диктатором. С началом войны он еще назначил себя и маршалом, а как же без этого.
      Не думайте, пожалуйста, что это была какая-то латиноамериканская оперетка: сомбреро, пампасы, мустанги. Война шла современная - с тяжелой артиллерией, инженерно-фортификационными сооружениями и броненосными эскадрами. Солдаты гибли сотнями тысяч.

2
Всё в дыму, поле завалено трупами

     У полоумного диктатора не было ни одного шанса на победу, но он упорно бился  до тех пор, пока в стране вообще оставались мужчины. Представителей сильного пола забирали в армию всех поголовно. Когда кончились взрослые, Лопес стал отправлять на фронт мальчиков. Под самый занавес уже и восьмилетних. Для солидности и устрашения врага им прицепляли фальшивые бороды.

3
Парагвайские рекруты последнего этапа войны

          В конце концов Лопес погиб в бою, но, к сожалению, слишком поздно – через шесть лет после начала войны.

4
Эх, пораньше бы

     За эти годы лишились жизни – внимание! – девяносто процентов парагвайских мужчин. В момент заключения мира их осталось только 28 тысяч. Включая младенцев.
     Парагвай надолго превратился в страну женщин. Даже на рубеже ХХ века, то есть тридцать лет спустя, женского населения здесь было в семь или восемь раз больше, чем мужского, и поэтому широко практиковалась полигамия.
   
     Мужчин, конечно, жалко, но еще жальче женщин. Зачем только природа вынуждает их, таких добрых, разумных, милосердных, иметь дело с нами, идиотами.

     P.S. Между прочим, в Парагвае кровавый маньяк Лопес считается главным национальным героем. Что-то это мне напоминает...

 

Чужие среди своих (окончание)

     Негодование по поводу того, как Сталин обошелся с советскими немцами, несколько блекнет, когда вспоминаешь, что в той же ситуации Америка, поборница прав человека,  повела себя немногим лучше.
     В 1941 году в США жили несколько сотен тысяч американцев японского происхождения – так называемые нисэи (это значит «второе поколение», хотя сюда иногда относят и первую, и третью генерацию иммигрантов).
     Шок от неожиданного удара по Перл-Харбору и страх перед грозным врагом иной расы, иной культуры, иной психологии были так велики, что президент Рузвельт позабыл об идеалах демократии. Эксперты и советники говорили ему, что японцы плохо ассимилируются, что их эмоциональная связь с исторической родиной крепка, а культ микадо в их среде очень силен. На самом деле это было заблуждением. Японское воспитание сакрализирует чувство благодарности и корпоративность. Своей новой родине нисэи были искренне благодарны, ощущали себя членами корпорации «американский народ» и  сумели доказать свою искренность (очень японский термин), несмотря на то, что «корпорация» поступила со своими новыми гражданами скверно.
     Сначала нисэев зачислили в категорию 4C («враждебные иностранцы»), а вскоре Рузвельт санкционировал их интернирование. В общей сложности в лагеря попали сто десять тысяч человек.
     Американским японцам, так же как русским немцам, пришлось доказывать кровью, что они не подозрительные чужаки, а патриоты. С огромными трудностями нисэи добились разрешения сформировать батальон (потом полк) из добровольцев. Еще тяжелее  было попасть на фронт. Воевать с армией микадо им не доверили – отправили в Европу, драться с немцами. Психологически это, наверное, было правильно.

1
Солдаты этого американского полка ходили в атаку с криком «банзай»

     442-ому пехотному полку пришлось пролить очень много своей крови, прежде чем недоверие было преодолено. Боевые потери этой части были самыми высокими во всей американской армии. За год  состав менялся несколько раз. Из четырнадцати тысяч человек, отслуживших в полку, девять с половиной тысяч получили орден «Пурпурное сердце» - аналог нашей нашивки за ранение. После октябрьских боев 1944 года на юге Франции в строю осталось меньше трети солдат. Зато 442-ой стал рекордсменом по количеству наград. 21 человек был удостоен Медали Почета, высшего воинского знака отличия.

2
После боя

     Было много и горечи, и обид. Генерал, которому подчинялся «японский» полк, раз за разом гонял этих не вполне своих солдат в самое пекло, очевидно, жалея их меньше, чем своих.  Из-за этого уже после окончания войны произошел неприятный инцидент. Принимая на торжественном построении рапорт командира нисэев, тот самый генерал протянул руку, но полковник  лишь поднес ладонь к фуражке, а рукопожатие не принял. Стало быть, не простил.

     А недавно у меня появилась возможность взглянуть на эту проблему с другой стороны фронта. В ноябре я пообщался с японским писателем Отохико Кага, который написал роман «Корабль без якоря» про одного храброго летчика императорских военно-воздушных сил. Вот этого:

3
Не очень похож на японца, правда?

     Это майор Рё Курусу ( 1919 - 1945). Он был сыном дипломата-японца и американки. Естественно, воевал за свою страну – Японию. Во времена, когда японские города сгорали дотла под американскими бомбежками, человеку с таким неправильным лицом жилось трудно. Вся книга – про то, как трудно доказать своим, что ты свой, если они считают тебя чужим. Финал романа трагический: главный герой, сбитый в воздушном бою, выбрасывается на парашюте – и соотечественники забивают его до смерти, приняв за американца.

     Когда-нибудь в энциклопедиях будут писать: «Война (ист.) – эпидемическое психическое заболевание непонятной этиологии, в прежние времена периодически поражавшее целые народы».
 

Чужие среди своих

     Как часто со мной бывает, этой интересной темой я занялся, когда собирал материал для книги. Мне нужно было понять психологическое устройство русского эмигранта, который во время Крымской войны из идейных соображений шпионит на англичан. Что за бури бушуют в сердце человека, который помогает убивать людей своей крови – можно сказать, родственников?
     Меня интересовала не ситуация, скажем, власовцев, абсолютное большинство которых записались в РОА, спасаясь от медленной смерти в концлагере, а добровольный и сознательный выбор.
     Естественнее всего было начать с истории русских немцев двадцатого столетия.
     Как вы знаете, в российской империи их было очень много, особенно среди военного сословия.  Пропорция немецких фамилий в кадровом офицерстве составляла от 13 до 20 процентов (чем выше чин – тем выше, потому что хорошие служаки). Эти люди были патриотами России, опорой царского престола, и в 1914 году никакой душевной дискордии у них не возникло (в конце концов, ведь и сам царь был, если я правильно посчитал, на 127/128-ых немцем). Однако российским немцам стало неуютно, когда после первых поражений страну охватила волна шпиономании и начались немецкие погромы.

1
Не получается громить немцев на фронте – будем громить в тылу.

     Офицер немецкого происхождения знал, что он обязан воевать лучше других, быть безупречным – вроде как искупать вину за свое происхождение. Возможно, поэтому в списках кавалеров ордена Святого Георгия (высшая военная награда) так много немецких фамилий:

2
Конечно, «Ш» непредставительная буква, очень немецкая, но все-таки.

     Нижние чины относились к «немчуре» с подозрением, поэтому некоторые генералы и офицеры вслед за Петербургом, переименовавшимся в Петроград, сменили немецкие фамилии на русские.  Вероятно, это было трудное и неприятное решение – отказываться от  родового имени. Тяжело, наверное, было видеть в газетах и агитационных листках трескучую германофобскую пропаганду – куда ж без нее.

3
Маяковский потешается над немецким словом

     Однако командованию и в голову не приходило устраивать в армии какие-то этнические чистки, а интернированию подлежали лишь германские и австрийские подданные.
     Совсем иначе «немецкий вопрос» у нас был решен во время Второй мировой войны. Немцев в стране к 1941 году стало значительно меньше (часть эмигрировала еще в Гражданскую, часть уехала в сороковом году из Прибалтики, часть была репрессирована во время Большого террора), но все же в СССР жили полтора миллиона тех, кто, по терминологии Третьего Рейха, относился к категории «фольксдойче».
     На сей раз обошлось без погромов - при Сталине народная самодеятельность не поощрялась. Зато вождь любил репрессировать целые нации. Немцев депортировали в Казахстан и Сибирь почти сразу же после начала войны - просто в качестве превентивной меры. Военнослужащих (а их было немало, 33 тысячи) из армии вычистили. Остались единицы: кто-то замаскировался, назвавшись евреем или сменив фамилию; кого-то оставили в порядке исключения как особо ценного специалиста. Условия были куда более жесткими, чем  во время предыдущей войны, поскольку особисты повсюду вынюхивали предателей и с доказательной базой никто не церемонился. Нужно было воевать с удвоенной доблестью и не ждать за это наград, тем более повышения – немцу высовываться, привлекать к себе внимание не рекомендовалось.
     Тем поразительней, что некоторые из этих изгоев смогли дослужиться до генеральского чина. Я обнаружил троих.
     Это командир артиллерийской дивизии генерал-майор Сергей Волкенштейн, герой Советского Союза (было еще семь немцев-героев):

4
Он к прочим несчастьям был еще и из дворян

     Это генерал-майор Александр Борман, командующий 1-й истребительной воздушной армией ПВО:

5
По паспорту русский, но какова фамилия?

     Это – генерал-лейтенант Николай Гаген, командующий 26-й армией:

6
Бывший штабс-капитан.
Очевидно поэтому был принят в партию только в 1939-ом, уже полковником.

     Родиться в стране «пролетарского интернационализма», жить ее жизнью и интересами, не отделяя себя от остальных, а потом вдруг узнать, что все вокруг свои, а ты чужой – этот травматический опыт довелось пережить многим советским нациям, но у немцев потрясение было двойным.
     В школе, где училась моя мать, тоже были московские немцы. Про ее одноклассника Леонида Оттовича Винтера, погибшего на фронте, я когда-то уже писал, но не знаю - возможно, он был еврей. Зато другой ее товарищ точно был немец. Я в детстве часто его видел, он бывал у нас дома. Мать говорила, что в начале войны он служил в армии, потом вдруг исчез и появился вновь лет через пятнадцать. Где всё это время был и что делал, он никому не рассказывал, только улыбался. Семьей не обзавелся, образования не получил, хотя вырос в профессорской семье. Жалко его особенно не было, потому что остальные мальчишки из их класса почти все погибли, а он выжил. Но помню, что было странно. Надо же, он ничем не отличается от нас, думал я. А сам – немец. В те времена, в начале шестидесятых, это все еще было особенное слово, со зловещим звучанием.


tobecontinued2

Романовы, павшие во брани

     Дом Гольштейн-Готторп-Романовых, именуемый для краткости просто «Романовы», обожал военные мундиры, парады и маневры. В армии или флоте служили, кажется, все без исключения мужчины августейшего семейства. За триста лет из них собрался бы целый батальон.
     Но под настоящими пулями и картечами величества и высочества оказывались не очень часто, а головы на поле брани сложили только двое. Давайте их вспомним, они этого заслуживают.
     Оба принца были совсем молоды, поэтичны и созданы для служения не Беллоне, а музам. Может быть, оттого и погибли. Как поется в песне, «ведь грустным солдатам нет смысла в живых оставаться».

     Первый из них - Сергей Максимилианович герцог Лейхтенбергский, князь Романовский, внук Николая Первого и наполеоновского пасынка Евгения Богарне.

1
Интровертный подросток с типично романовским лицом

     Его отец был президентом Российской академии художеств, и мальчик с раннего возраста проявлял незаурядные способности к искусству, к музыке. Однако общей для императорских высочеств судьбы не избежал – был определен в конногвардейцы.

2
Исправный офицер; но интровертность усугубилась

     С началом войны за освобождение Болгарии Сергей Лейхтенбергский отправился в действующую армию. Его сослуживец С.Д.Шереметьев вспоминает: «Он участвовал в войне без убеждения и войне не сочувствовал, его вкусы были направлены в другую сторону. Незадолго до  смерти он говорил мне,  что жаждет окончания  войны, чтобы посвятить себя всецело искусству».
     Пацифистские настроения не мешали Сергею Максимилиановичу честно выполнять свой долг. Он доблестно воевал, в 27 лет получил генеральский чин. А 12 октября 1877 года, в не особенно важном сражении (собственно, это была обычная разведка боем), оказался в гуще перестрелки, где генералу, и тем более члену царствующего дома, вообще-то находиться было необязательно. Убит турецкой пулей в лоб. Жениться не успел, так что потомства не оставил.
     Вот эта стычка. Как видите, не Бородино:

3
П.О. Ковалевский. «Бой под урочищем Иваново».

     А это памятник на могиле князя-герцога. Спасибо болгарам, сохранили.

4



     Второй Романов, павший смертью храбрых, погиб совсем юным – двадцати одного года от роду.
     Олег Константинович, как и Сергей Лейхтенбергский, родился не в солдафонской, а в артистической семье, был сыном деликатнейшего КР, президента академии наук и недурного (для высочества) поэта.
     Мальчик был умненький, способный, восторженный,  радовал преподавателей Лицея любовью к литературе и в особенности к Пушкину.

5
Поэтичный лицеист

     В двадцать лет затеял и осуществил нешуточное дело: выпустил издание пушкинских автографов. Он и сам был поэтом.
     Но по окончании Лицея, разумеется, оказался на военной службе, в лейб-гусарах.

6
Нетипичный гусар

     Когда началась Первая мировая война, отказался от службы в ставке, ушел с полком на фронт. В одной из самых первых стычек ужасной бойни, из которой Россия выберется еще очень нескоро, Олег был смертельно ранен. В реляции сказано, что он раньше всех доскакал до неприятеля и врубился в его ряды, но представить, как этот мечтательный юноша в кого-то «врубился», трудно. Мне почему-то воображается  нечто вроде гибели Пети Ростова: «Ураааа!.. – закричал Петя и, не медля ни одной минуты, поскакал к тому месту, откуда слышались выстрелы и где гуще был пороховой дым…».
     Олег Константинович получил пулю в живот, несколько дней промучился, умер от заражения крови.
     Стихи он писал такие:

Готов забыть я всё: страданье, горе, слезы
И страсти гадкие, любовь и дружбу, грезы
И самого себя. Себя ли?.. Да, себя,
О, Русь, страдалица святая, для Тебя.

     Стихи могут показаться слабыми (слезы-грезы, себя-тебя) и трескучими (если Русь, то уж непременно святая), но ведь в них всё правда: и страдание, и горе, и самопожертвование ради отечества.
     А уцелел бы в сражениях – расстреляли бы большевики, как его родных братьев Иоанна, Константина, Игоря.
     Бедные, бедные Романовы. Русь – святая ли, нет ли - тоже бедная. Все бедные. Всех жалко.